Такая разная Грузия

Ситуация с платным телевидением в маленькой, но чрезвычайно культурной, очень гордой и абсолютно независимой Грузии похожа на компьютерную игру. С 1988 года, когда в стране начал развиваться этот сервис, она много раз менялась до неузнаваемости, переходя с уровня на уровень — то была на грани клинической смерти, то находилась под угрозой иноземного захвата, то расцветала от конкуренции. И каждый раз картинка была новой, будто изучаешь не календарь, а щелкаешь кнопками телепульта, переключая каналы и обнаруживая на экране то триллер, то комедию, то выпуск новостей. Чтобы понять, что происходило и продолжает происходить на грузинском телерынке, вглядимся в эти картинки повнимательнее.
 
И хочется, и дорого
 
Рынок кабельного телевидения в Грузии начал формироваться с независимостью, то есть четверть века назад, и поначалу был похож на зебру: то белая полоска, то черная — то имеется ТВ, то нет его вовсе. Иначе в стране со сложным рельефом, в которую еще не пришли тогда спутниковые и иные умные технологии, и быть не могло. Грузинская телекарта тех времен словно географическая Марко Поло была полна белых пятен, куда ТВ и не заглядывало. Поэтому и захватывали первые независимые кабельщики по большей части территории, в которых работать было легче — городские, в основном в Тбилиси, Кутаиси, Батуми или сельские на равнинах, куда кабель подвели еще в период СССР. 
 
Развивались эти первые кабельные операторы довольно медленно (быстрее доходы потенциальных клиентов не позволяли), но, тем не менее, развивались — желание смотреть на телеэкранах кое-что совсем другое, чем программа "Время" и "Спокойной ночи, малыши", у постсоветских грузин было сильнее безденежья.
 
Game over
 
В один совсем не прекрасный год восхождение к нормальному телевидению кончилось. Энергетический кризис, который стартовал в 1992-м, стал настоящим концом рынка. Над Грузией на несколько лет воцарилась ночь. Блэкаут был полномасштабным, широкоэкранным и повсеместным. Не было не то, что телевидения — ничего не было: света, еды, работы. Самым популярным товаром в стране стал дизель-генератор, которого еле-еле хватало вечером на пару электрических лампочек. Грузии уже было не до "Евроспорта", "Дискавери" или "Энимал Плэнет" — выжить бы. Естественно, приподнявшиеся было (как у нас бы сказали, "с колен") операторы прекращали работу один за одним, приказывая долго жить в горизонтальном положении. Экран стал черным.
 
Но и ночь рано или поздно кончается.
 
Рестарт с приключениями
 
Выправляться ситуация начала уже в 1997-м. Ненамного, но легче стало с энергетикой. Начала оживать экономика. Появлялись новые рабочие места. Несмело, но уже росли зарплаты. На страну начали вновь, хоть и с опаской, заглядываться инвесторы. 
 
Соответственно после многолетней заморозки оттаивало и телевидение, а вместе с ним и местные платные операторы. Предложить по нынешним временам им аудитории было практически нечего — один, максимум два десятка каналов, естественно, не самых элитных. Но и это было невероятным прогрессом и знаком перемен. Телеэкраны вновь ожили. А в 1998-м случилось то, что случилось.
 
Председатель Союза кабельного телевидения Грузии Гурам Беруашвили рассказывает, что в 1998 году рынок попал в, как он говорит, "трудную ситуацию". Трудной она стала не тогда, когда в Грузию пришел всеми приветствуемый, иностранный и совершенно новый кабельный оператор, американская компания Аyеty. А когда новичок при поддержке инвесторов внезапно огорошил потребителя предложением из 36 каналов, тогда как местные операторы транслировали в лучшем случае 15-20. В ценовом отношении предложение Аyеty тоже было беспрецедентным.
 
Прямая непосредственная угроза
 
Этот простой ход троянским конем, разумеется, стал сенсацией для телезрителей и неприятной неожиданностью для конкурентов. И позволил Ayety привлечь на свою сторону большое число абонентов, в том числе и от других операторов, сдававшихся на милость победителя один за другим и практически без боя.
 
"Иностранная компания с большими для Грузии финансовыми возможностями начала прокладывать параллельные сети именно в тех регионах, где уже работали местные кабельщики — это при том, что больше 60% жителей Тбилиси не имели на тот момент кабельного телевидения. Стало понятно, что цель состояла в желании задушить существующих операторов, а потом перейти в свободные районы", — рассказывает Гурам Беруашвили. "Мы приняли вызов, поняв, что в одиночку не справиться. Понадобились большие средства для переоснащения сетей, и только спустя примерно год, после существенного увеличения количества каналов ретрансляции, удалось восстановить статус-кво", — так, несколько туманно, говорит о том, что произошло после, Беруашвили. Кстати, война против "захватчика" и послужила поводом к созданию Союза кабельного телевидения Грузии, который был зарегистрирован в январе 1998 года.
 
"Ayety сделали ошибку. Они не развивались, посчитав, что рынок не просто уже их — он их навсегда", — считает Тамара Лалазашвили, директор по проектам SilkTV. Возможно, в Ayety недооценили способность местных операторов к выживанию и кооперации. Возможно, американский инвестор не готов был рисковать дополнительными средствами, чтобы обеспечить себе фактическую монополию на манер "Триколора" в России. Так или иначе, через год-два пелетон уже всерьез угрожал лидеру. И сегодня Ayety, ныне работающая под брендом SuperTV — равноправный (и не самый крупный) участник рынка. Не менее, но и не более того.
 
Настигать Ayety начали уже в 2000-м. Дополнительный толчок конкуренции дала демократическая "революция роз" в 2003-м, одним из лозунгов которой был свободный рынок, построенный по западноевропейскому образцу. В итоге к промежуточному финишу в 2007-м году в Грузии, по данным Гурама Беруашвили, работало аж 45 операторов многоканальных сетей: пятеро в системе MMDS, остальные 40 — в кабельных сетях, из них 18 в Тбилиси. О 60% "недокабелизированных" тбилисских домохозяйств, понятное дело, речи уже не было.
 
Эпоха Возрождения
 
Как отмечает Тамара Лалазашвили, рубежный 2007-й показал, что "рынок готов платить". В стране бурно развивался малый и средний бизнес — государственное регулирование его не давило, а поощряло. Правила игры на "деловом поле" стали едиными для всех (а не как раньше, для избранных), параллельно бизнесам росли и доходы населения. Соответственно "черные" и "серые" схемы, в том числе и при взаимодействии с каналами, к 2009-2010 году "побелели". Ранее испытывавшие проблемы операторы быстро набрали силу — рынок узнал такие ныне крупные бренды, как Caucasus TV, SilkNet и GNN. Они, равно как и другие участники рынка, веерно увеличивали абонентские базы, снижая цены и зарабатывая на объемах, вводили новые сервисы, в том числе интернет, IPTV, OTT. Все эти рынки были, что интересно, полностью отданы на откуп "частникам" (сегодня в Грузии днем с огнем не найти оператора, работающего с госучастием). Единственное, что от оператора требуется — соблюдать законы, что сделать проще простого.
 
По словам Гурама Беруашвили, с 2007 года работа кабельных телесетей регулируется всего двумя законами. Это Закон о вещании и Закон об электронных телекоммуникациях. В 2006-м в Грузии было отменено лицензирование КТВ. Все операторы сейчас имеют статус авторизированных лиц. Новая компания подает заявление, через неделю получает Свидетельство об авторизации, действующее 19 лет, и может приступать к работе. Регулированием отрасли занимается всего одна организация — Национальная комиссия по коммуникациям.
 
Атака с небес
 
А в 2012 году на арену вышли долгожданные операторы спутникового ТВ. За один год сразу двое. В январе это сделала американская MagtiCom со спутника Astra, спустя еще два месяца свою работу на этом сегменте рынка анонсировала местная платформа Black Sea SAT, ориентированная на Turksat. В конце 2013-го на этом сегменте появился третий игрок — спутниковая платформа Global TV, начавшая дистрибутировать контент со спутников Eutelsat 36B и принадлежащая JSC Global Contact Consulting.
 
Однако, как это и ожидалось местным экспертным сообществом, в целом спутниковое ТВ не пошло дальше регионов, в основном гористых, где этот способ приема сигнала безальтернативен. Грузинский город (а в одном только Тбилиси, по подсчетам Союза кабельного ТВ страны, живет 388 тысяч потенциальных абонентов) к началу 2012-го был хорошо и надолго захвачен кабельщиками. Они к этому времени были и подешевле спутника, и каналов имели побольше (около 200 против сотни с небольшим "с неба"). Тем не менее, в силу особенностей рельефа DTH свою — причем немалую — нишу в стране занял: около 100 тысяч домохозяйств сейчас получают сигнал с "тарелочки".
 
Не интернетом единым
 
А всего емкость грузинского телерынка Тамара Лалазашвили оценивает примерно в 1 млн домохозяйств, из которого на сегодня "платниками" всех типов освоено около 38%. Это не сказать, что много, но и не мало, тем более, что в 2007-м, когда средняя пенсия в Грузии составляла около $30, эта цифра равнялась 15%. Рынок продолжает медленно, но верно расти вместе с доходами населения, предлагая тому все новые и новые услуги.
 
О телеканалах. Если в 2007-м число ретранслируемых каналов в Тбилиси составляло от 30 до 50, а в городах поменьше от 18 до 35 (соответственно абонентская плата от $3,5 до $8 в месяц), сейчас младший стандартный пакет — не менее 65 каналов, включая, между прочим, 44 грузинских, по чуть подросшей цене.
 
О российских каналах. До 2008 года, до начала вооруженного конфликта вокруг Южной Осетии, их популярность была не слишком велика у телезрителей — основной акцент в пакетировании делался на грузинские и международные каналы. Поэтому запрет вещания федеральных каналов России в сетях грузинских операторов (под горячую руку не разобравшихся что к чему политиков попал даже RTVi) был, как отмечают игроки рынка, жестом скорее демонстративно-политическим. Сегодня российские каналы формально в сетку вернулись, но присутствуют в ней скорее номинально — смотрибельность "федералов" стремится нулю. Более востребован контент тематический, например, спортивные пакеты "НТВ Плюс".
 
О предпочтениях телезрителей. Пакет ретранслируемых каналов в целом, по итогам осмотра предложений кабельщиков, выглядит так: местные грузинские телеканалы — около 30%; международные музыкальные и развлекательные — 10%, фильмовые — 8%; информационные, спортивные и познавательные — около 6%. Интересно, что достаточно популярны в Грузии украинские телеканалы, с 2007 года уверенно держащие внимание 5-6% аудитории.
 
Об интернете. Его начали массово предоставлять в Грузии с 2007 года, разумеется, сначала в DSL-формате, а теперь и по оптоволокну, благодаря которому в городах стали доступны и высокие скорости. Этот рынок, по словам Лалазашвили, сумели "оседлать" Caucasus Online и SilkNet, сейчас активно продвигающие Triple Play за $18-20 в месяц, а LTE — за полсотни. У каждого из двух операторов сейчас примерно по 40% рынка. Соответственно росту качества сетей увеличивается и предложение IPTV, которым активно занимаются и небольшие городские операторы Тбилиси и Кутаиси.
 
О конкуренции. Она, по отзывам всех экспертов, с которыми удалось пообщаться, в Грузии тотальна и в целом честна. Как говорит Гурам Беруашвили, "если кто-либо из операторов решает бороться с конкурентами демпингом, Союз не позволит этого делать". Доходит до перфекционизма. В июне позапрошлого года, перед президентскими выборами на партию спутниковых антенн, которые, как считалось, принадлежали фирме одного из кандидатов, Бидзине Иванишвили, и которые почти даром раздавали населению Грузии (суд посчитал это подкупом избирателей), был не просто наложен арест. Вдогонку было принято решение, что в предвыборные и выборные дни все без исключения кабельные телеоператоры обязаны, ради чистоты политической конкуренции, транслировать один и тот же набор местных телеканалов.
 
И о монетизации. Ни о каком "богачестве" у кабельщиков и каналов речи пока нет. Но существование по местным меркам достойцное. Средний ARPU равен сейчас примерно $5, а каналы исповедуют две основных модели — цену за абонента (от 2 до 60 евроцентов) и fix price, зависящую от популярности канала у телезрителей.
 
Что видно в будущем?
 
"Наше развитие сейчас не сдерживает ничего, кроме платежеспособного спроса", - уверенно заявляет Тамара Лалазашвили. А он, как утверждают эксперты, если не случится форс-мажора, будет небыстро, но постоянно расти.
 
Сдерживает развитие, конечно, безработица. Министр финансов страны Нодар Хадури недавно в интервью радио "Голос Америки" заявил, что, хотя официально зарегистрировано 15% безработных, на деле зарплату пока получает лишь 35% работоспособного населения".
 
Зарплаты же вот какие. Средняя в госсекторе — $511 в месяц, в местных частных компаниях $455. Выше всего они в иностранных компаниях, но тоже по московским меркам невелики — $730. Но при этом, как отмечает портал "Тбилисская неделя", средняя зарплата в Грузии в IV квартале 2013 года по сравнению с предыдущим кварталом выросла почти на 10%. Если же еще учесть, что представительство ЕС в Грузии прогнозирует ежегодный рост доходов в 4%, то грузинские операторы, что кабельные, что иные, могут глядеть в будущее с оптимизмом. Смотреть в экраны и телевизоров, и компьютеров и планшетов в Грузии станут чаще а, значит, и работы и доходов прибавится.
 

Source URL: https://www.cableman.ru/article/takaya-raznaya-gruziya