Закон Яровой-Озерова: по всем операторским фронтам

Вчера в Москве состоялось очередное обсуждение закона Яровой-Озерова. На этот раз тему поднимали ассоциации "Ростелесеть" и АКТР. Дискуссия, как и в свое время обсуждение запрета рекламы на неэфирных каналах, проходило эмоционально — между отсылками к здравому смыслу и к цифрам по предстоящим расходам операторов, звучали и призывы бойкотировать исполнение закона, и ироничное предложение переложить обязанность хранить информацию о "сетевых похождениях" на самих "ходоков", то есть абонентов.
 
Статистика "Ростелесети"
Но начали со статистики. Ассоциация региональных операторов "Ростелесеть" провела собственный анализ последствий вступления в силу закона Яровой-Озерова. В частности, посчитала на примере 27 операторов, чья суммарная абонентская база составляет 1,32 млн абонентов (это порядка 3% населения России), какие затраты их ожидают в случае исполнения новых норм.
 
"Ростелесеть" взяла для анализа операторов разных уровней — малых, с абонентской базой до 10 тысяч домохозяйств, средних (от 10 до 100 тысяч абонентов) и крупных (свыше 100 тысяч домохозяйств), чтобы сравнить, от кого и какие суммы потребуются. А заодно сделала расчет разных обстоятельств — необходимости хранить информацию 12 часов, а также 1, 3 и 6 месяцев.
 
Если рассчитывать потенциальный сценарий, исходя из требования хранить данные абонентов 6 месяцев, то по словам главы "Ростелесети" Олега Грищенко, за это время абоненты только 27 операторов сгенерируют трафик объемом 1 эксабайт. Для его хранения потребуется 256 800 винчестеров по 4 ТБ каждый, 21 400 серверов и 1426 стоек для их размещения, а заодно электроэнергии на 12 МВт.
 
Чтобы понимать масштабы, стоит сказать, что самый большой ЦОД в мире на текущий момент принадлежит Facebook’у. Он располагается в Луллео, Швеция, и рассчитан на установку 7000 стоек с энергопотребелением 86МВт. При этом объем хранения в данном ЦОД составляет до одного эксабайта. 
 
Но вернемся к российским реалиям и обратимся к денежной стороне вопроса. Здесь у "Ростелесети" расчеты следующие. По модели экстраполяции по СОРМ-3 "Кольцевой буфер", в рамках которой хранить данные придется 12 часов (без учета ЦОД и операционных издержек, кредитов и амортизации), затраты крупных операторов связи (ОС) на создание системы хранения составят порядка 3 тысяч рублей на абонента, и около 4 тысяч для средних и небольших. Переводя эти цифры на процент от выручки, для крупных ОС это обойдется менее чем в половину годовой выручки, для средних и небольших — более чем в половину годовой выручки.
 
 
Но как только срок хранения данных достигает 6 месяцев, цифры становятся в разы больше. С точки зрения затрат на одного абонента — это от 16 до 22 тысяч рублей, а с точки зрения выручки — от 250 до 400% от годового оборота оператора.
 
По второй модели — это создание собственных систем хранения на базовом оборудовании, но опять же без учета ЦОД и операционных издержек — эта история обойдется операторам в 5-7,5 тысяч рублей на абонента (при условии полугодового хранения данных), либо в 80-130% годового оборота.
 
 
Центр обработки данных в обоих случаях добавит траты как минимум в 60 тысяч рублей в месяц за аренду стойкоместа, либо 720 000 рублей в год. Таким образом, аренда 1426 стоек, необходимых для хранения данных 27 операторов, составит в сумме 1 026 720 000 рублей в год.
 
Как уже неоднократно говорилось, брать деньги на хранение данных операторам придется с абонентов, а это означает повышение тарифов минимум на 295%, максимум — на 634%. Вот такой расклад.
 
Предложения
Собственно, цифры потенциальных затрат игроками рынка и ранее уже приводились, и были куда больше. Тот же "Ростелеком" говорил, что для него реализация нормы Яровой-Озерова обойдется в триллион рублей. Но непосильные затраты законодателей не испугали, Ирина Яровая так и вовсе сделала заявление из разряда "не то и не так вы считаете, товарищи". Мол, документ пока только наделяет полномочиями государство, и ни в коем случае не устанавливает точные параметры хранения информации. "Закон дает право правительству РФ в течение двух лет определиться — надо ли что-то хранить или не надо, в каком объеме, в отношении какого среза информации", — комментировала депутат. А без принятия закона об этом подумать было ну никак нельзя — все же логично!))
 
Так какие же варианты разрешения сложившейся ситуации видят для себя операторы? Мысли были разные. "Ростелесеть" предложила лоббировать инициативу снижения срока хранения данных до 12 часов — это, разумеется, тоже потребует серьезных затрат, но подобную историю операторы осилят.
 
Также поступило предложение определить некую опытную зону, регион, в рамках которого можно было бы реализовать закон и понять — как его выполнять, каких затрат это потребует и т.п.
 
Глава "Уфанет" Искандар Бахтияров выразил мнение, что без единой централизованной системы проект обречен на провал, ведь у каждого оператора свои методы и системы сбора данных, их анализа, сортировки. Поэтому логичней было бы, чтобы реализовывала и управляла проектом некая единая структура. "Это большая инженерная и проектная работа, которая должна строиться сверху", — заключил он. 
 
Также Бахтияров, равно как и остальные участники дискуссии, выразил озабоченность безопасностью данных граждан. Ведь хранение персональной информации граждан, как незашифрованной, так и шифрованной, на протяжении шести месяцев может привести к повышению уровня киберпреступлений, равно как и к потенциальному давлению на операторов с целью раскрытия важной информации.
 
Как пошутил один из докладчиков, в один прекрасный момент от своего закона может пострадать и сама Яровая, если ее переписка внезапно всплывет в интернете.
 
Озвучивались инициативы переложить затраты по исполнению закона на плечи государства или ФСБ — мол, операторы не против исполнять закон, но пусть платит тот, кто так остро нуждается в этой информации. Были идеи ввести на эти нужды очередной налог с оборота, наподобие отчислений в Фонд универсальной услуги связи.
 
Карен Казарян, главный аналитик РАЭК, предложил операторам сменить тактику, и увещевать государство не финансовой стороной вопроса и непосильными затратами, а сделать акцент на неэффективности принятого закона и на том, что он не предотвратит, а породит новые угрозы, угрозы информационной безопасности страны. Плюс, если рассказать о таких угрозах общественности, та воспримет это лучше и доброжелательней, нежели информацию о планируемом повышении тарифов. 
 
Коллегу поддержала Ирина Левова, директор по стратегическим проектам Института исследований интернета, предложив для пущей убедительности снять художественный фильм, во всех красках, а, главное, доступно и понятно демонстрирующий — как общество и само государство может пострадать от принятия закона. 
 
Были и предложения не исполнять закон вовсе, поскольку он противоречит конституции, нарушая право граждан на неприкосновенность личной жизни, и ратовать за его отмену.
 
Однако, большинство участников конференции сошлось во мнении, что рынку необходимо смириться с тем, что закону быть, и что его не отменят. Другой вопрос, что как и в случае с законом о запрете рекламы, нормы пакета Яровой-Озерова к 2018 году могут существенно видоизмениться. 
 
Как логично заметил вице-президент АКТР Михаил Силин, в свое время закон о запрете рекламы на неэфирных каналах тоже наделал много шума, но когда определились его бенефициары, документ быстро подправили под их интересы, и в итоге закон стал преследовать абсолютно не те цели, которые декларировались изначально. Навязчивой рекламы на ТВ меньше не стало, а на некоторых платных каналах ее стало даже больше. Хотя когда депутат Зотов отстаивал свою идею в Госдуме, он рьяно утверждал, что закон необходим для снижения объема рекламы на ТВ. Мол, нечего простым гражданам по несколько раз платить за контент — и реальными деньгами, и условными, тратя свое время на просмотр рекламы.
 
Как может трансформироваться к 2018 году закон Яровой-Озерова, остается только гадать. С его бенефициарами пока все не столь очевидно, хотя некоторые высказали предположение, что целью закона является очередная попытка передела рынка, в чьих интересах — покажет время.
 
Пока же операторы намерены аккумулировать все мнения и идеи, высказанные в рамках конференции, выделить из них наиболее рациональные и направить итоговый документ с конкретными предложениями/пожеланиями во все заинтересованные ведомства, начиная от Минкомсвязи, где сейчас активно идет обсуждение данного закона, правда, с ограниченным кругом операторов, заканчивая Минпромторгом и прочими структурами. 
 
Документ должен быть сформирован к концу августа.
 
Вместо P.S.
В заключении не могу не поделиться прекрасной зарисовкой участников конференции на тему будущего в условиях исполнения пакета Яровой-Озерова. 
 
Ирина Левова — "Вот представьте, сидит в каком-нибудь ЦОДе молодой человек-админ, к которому стекается вся сохраняемая информация. В том числе переписка Ирины Яровой. Она же тоже хранится? Хранится! Приходят к нему оппозиционеры и предлагают миллион за переписку Яровой. Ну и кто от этого пострадает? Конечно Яровая, ведь молодой человек возьмет эти деньги, так как у него зарплата всего 20 тысяч рублей".
 
Юрий Припачкин — "Я больше скажу, он за эти деньги в ее переписку еще что-нибудь добавит!"
 
Занавес!