В ходе заседание Совета по развитию гражданского общества и правам человека, которое состоялось 12 ноября под председательством Владимира Путина, между приглашенными журналистами завязалась дискуссия о необходимости и механизмах контроля за телевизионными программами. Дискуссия началась с выступления главного редактора журнала «Искусство кино» Даниила Дондурея.

«Жёсткая диктатура рейтинга»

«Четыре дня назад психопат, которого назвали «русским Брейвиком», расстрелял семь человек. И тут же стал героем российских медиа. Новая практика привлечения внимания массовой аудитории – под видом сострадания копаться в интимной жизни известных людей, попавших в трагедию, под видом журналистских расследований показывать оперативную съёмку жёстких следственных действий. Совсем не безобидна и беспрецедентная криминализация российского эфира. Из каждых 100 героев телесериалов (а мы по их производству и показу мировые лидеры, наряду с Китаем) 57 (из каждых 100) связаны с преступлениями: заказчики, жертвы, следователи, свидетели. Возникает ощущение, что подавляющее большинство соотечественников являются злоумышленниками», – сказал Дондурей.

По его словам, за этим стоит «жёсткая диктатура рейтинга – это всем известно, – с помощью которого распределяются рекламные деньги».

«Мы ждём общественное телевидение, но его бюджет в 10–15 раз меньше, чем у любого федерального канала, поэтому оно вряд ли сможет сбалансировать сложившееся здесь положение вещей. Иначе там должны работать гении. Имеет смысл создать хотя бы общественные советы из независимых от телебизнеса лиц всюду, где есть государственное участие, понимая, что у нас очень трудно сделать их не декоративными. Не можете ли Вы, Владимир Владимирович, поручить Минсвязи тратить хотя бы какие-то средства на независимую аналитику контента? Сегодня в нашей стране её нет вообще», – сказал Дондурей.

Он предложил также «создать аналитическую группу с участием медийного рекламного сообщества, может быть, нашего Совета, кого-то ещё, который подумает об альтернативных рейтинговому механизмах финансирования».

«В условиях «черный, белый не берите» приходится брать желтый»

Владимир Путин согласился с поднятой проблемой и спросил у участников встречи, есть ли какие-то возражения. Первым откликнулся Николай Сванидзе. Он назвал механизмы, предложенные Дондуреем, «страшнее самой болезни».

«Что касается общественных советов при телевидении. Я представляю себе, что это такое. Это средство, которое старо как мир. Много создавалось общественных советов, ни один из них никогда себя не оправдывал. Критерии отбора в эти советы непонятны, механизмы принятия ими решений непонятны. Создаётся ещё одно формальное тело, и дело кончается в результате не нравственной и моральной, а политической цензурой, которой у нас, к сожалению, и так достаточно, более чем достаточно», – сказал Николай Сванидзе.

Поддержал Николая Сванидзе и журналист Максим Шевченко, который считает, что эффективных форм контроля за контентом СМИ ещё не придумано.

«Создавать комиссию ценностной безопасности… Знаете, честно говоря, само словосочетание может толковаться в таком расширительном ключе, что у журналистов просто вообще не останется возможности для работы, пусть даже для ошибок. Я напомню, что ошибка, к сожалению, является неотъемлемым фактором журналистской работы, свободы прессы, в том числе телевидения. Не надо выделять телевидение из общего плана журналистской деятельности», – сказал Шевченко.

«Что касается широкой связи с критиками, с телекритиками, с независимыми экспертами, здесь на самом деле есть над чем работать, но придавать этому какой-то официальный статус контроля над СМИ, передавать этот контроль людям, которые не несут ответственности за финансовое, за экономическое развитие телеканалов или радиостанций, – мне кажется, это просто приведёт к уничтожению электронных средств массовой информации как эффективного медийного бизнеса», – отметил Шевченко.

Журналист Леонид Парфенов, также присутствовавший на встрече, отметил, что, по его мнению, «проблема имеет корни не в испорченности телевизионщиков, которые только и хотят рассказывать про то, как убийца наматывает кишки жертвы на локоть, а в том, что в условиях «чёрный, белый не берите» приходится брать жёлтое».

«И трудно за это осуждать, потому что всем понятно, что спорить о детях Кристины Орбакайте на телевидении можно, а на общественно-политическую проблематику – нельзя. И когда в декабре, очевидно, сгоряча было обещано общественное телевидение, казалось, это жест реакции на ту критику, что, мол, общественно-политическое вещание основных федеральных телеканалов так или иначе корректируется властью, это, в общем, властный пиар, и огромная доля общественного мнения людей, которые не голосуют за власть на выборах, совершенно не учитывается телевидением, их нет, поскольку телевидение «провластно» просто изначально», – сказал Парфенов.

«На протяжении последних 10 лет мне уже доводилось про это говорить, хочу всё-таки повториться: высшая власть страны на федеральном телеэфире предстаёт дорогим покойником, про которого ничего или хорошее. Конечно, в этих условиях для того, чтобы сохранить хоть какой-то градус горячности в эфире, в том числе и поэтому, и берутся всевозможные «жареные» темы», – объяснил Парфенов свою позицию.

С ним согласился и журналист Станислав Кучер.

«Ключевая тема, действительно (это то, о чем сказал Леонид, я с этим полностью согласен), – это проблема существования тотального госконтроля над федеральными телевизионными каналами. С одной стороны и с другой стороны, безусловно, это внутренняя культура руководителей этих телевизионных каналов. Так вот, я думаю, что если не будет изменена политика в отношении СМИ в этом ключе, то никакие меры, никакие законы, никакие общественные советы не помогут решить проблему, которая, безусловно, существует и угрожает, без преувеличения, безопасности государства, о которой говорил господин Дондурей», – сказал Станислав Кучер.

Общественное ТВ – не оттого, что «Дмитрий Анатольевич погорячился»

Подвел итог дискуссии Владимир Путин. Он не согласился с тем, что излишняя жестокость на телевидении является следствием тотального госконтроля. «Спорный тезис, что государство предлагает в эфир выпускать программы подобного рода. Это чистая инициатива творческих коллективов этих каналов для поддержания рейтинга – вот и всё. Я говорю это с полным знанием дела. Никто там не навязывает никакой «клубнички» и никакой жестокости со стороны государства. А на государственных каналах не может не быть влияния государства. А как?», – спросил Владимир Путин.

Президент отметил, что общественное телевидение не является следствием того, «Дмитрий Анатольевич погорячился». «Он искренне хотел этого, и я искренне хочу. Но вопрос как раз в том, о чем говорил Даниил Борисович, – вопрос в финансовой составляющей, потому что для того, чтобы так же, как, скажем, «Би-Би-Си» заработало как общественное телевидение, нам нужно тарифы повышать для граждан. Ну, будет смотреть ограниченное число лиц и все. Значит, что тогда нужно делать? Тогда нужно опять государственную субсидию давать этому каналу. Это еще одно издание государственного телевидения – вот и всё. А других-то путей нет пока, никто не придумал», – сказал Путин.

«Мне приятно было услышать, что все все-таки при разном подходе к этой проблеме считают, что она существует. И я согласен, например, с коллегой в том, что просто формальное создание советов, как бы мы их ни назвали: общественных и так далее – само по себе проблему не решит, Николай Карлович прав. Но как формировать эти советы? Каков будет их статус? Совершенно непонятно. Может быть просто мертворожденное дитя», – сказал президент.

В тоже Владимир Путин попросил Даниила Дондурея доработать эту идею совместно с коллегами. «Можно подумать, но только так, чтобы это не Правительство и не Президент регулировали, а вот если вы выработаете совместно, вместе с коллегами какие-то предложения – я вам обещаю, что я сделаю все для того, чтобы эти предложения, согласованные со всеми, при разности походов, были реализованы в жизнь. Постараюсь это сделать, обещаю», – сказал Владимир Путин.