Телевидение РФ: когда путают кнопки с педалями

Если мораль потеряна, то обычно начинаются бурные дебаты на тему ее заменителя — нравственности. Самые звонкие голоса — это, естественно, мамы и бабушки, которые ужасаются тому, что могут увидеть их дети и почему-то, кстати, совсем не на детских каналах. Из такой дискуссии в России выросла система маркировки контента "возраст+". Как человек, который первый в России ввел это еще на киноканалах "НТВ-Плюс", не спрашивая никого, а, наоборот, самостоятельно предложив руководству, я считаю, что имею право прокомментировать эту тему. Информационный повод, правда, не для широких масс: использование писем в регулирующие органы (а проще говоря, доносов) в качестве инструмента коммерческой деятельности.
 
Коротко: некое юридическое лицо, возмущенное "нерадивым" поставщиком контента, пишет письмо в Роскомнадзор, что ограничение по возрасту, указанное на экране, не соответствует в действительности показываемому. То есть надо 18+, а указано меньше. Под этим "соусом" контент (или даже целый канал) убирается из эфира. Это самый незаметный для зрителя уровень.
 
В двух словах напомню, что вообще-то система маркировки по возрасту пришла из американского кинематографа, который в силу разницы в отдельных штатах законов о возможности показа того или иного контента массовому зрителю, придумал себе сублимацию общественного мнения в виде фокус-групп, выносящих рекомендации для зрителей и прокатчиков. Попросту, "мы вас предупреждаем, что детям смотреть это нельзя". И решают это, хоть и случайно, но все-таки выбранные члены общества. Позднее, по требованию комиссий (организаций) по коммуникациям, представляющих интересы профессионалов телевидения разных стран, были введены правила предупреждения зрителей типа: "данный материал содержит сцены насилия, грубости, откровенно сексуального характера" и т. д. 
 
Мировой опыт простирается еще дальше. Например, дабы отмести все претензии к вещателю, пользователю платного телевидения в любом приемнике мира предлагается функция "Родительский контроль", которой можно ограничить доступ детям не только к "взрослым" ночным каналам, но и к любым другим.
 
Наконец, сам принцип пакетирования в Pay TV предусматривает ступенчатость и уже на "денежном уровне" отсекает детей от просмотра неприемлемого контента. В общем, мир придумал достаточно способов и степеней ограничения телевидения от "ужасного влияния дурных сторон жизни на неокрепшие умы".
 
Но общее правило можно свести и к обратному: чем канал более открыт, чем большее распространение он имеет, тем больше он должен себя ограничивать. Но ограничивает ли? В открытом эфирном телевидении все не однозначно. Курить в кадре уже нельзя, но что делать с героями старых, ставших классическими, советских фильмов? То же самое с чрезмерным употреблением горячительного. Даже борьба с секс-меньшинствами странна. Вроде пропаганда гомосексуализма запрещена законодательно, но где грань между пропагандой и упоминанием — так никто и не разъяснил.
 
Еще хуже дела обстоят с "обнаженным телом и действиями сексуального характера". Уголовную статью за распространение и показ порнографии никто не отменял, но (и вот этого мало кто знает) в российском законодательстве нигде, включая подзаконные акты, нет определения слова "порнография". Как-то действует лишь норма по запрету показа "обнаженного тела (?) и программ сексуального характера" с 6 утра и до 11 вечера. Но и здесь не все гладко из-за несоответствия "орбит" (версий вещания) часовым поясам. Иными словами, если участник рынка телевидения захочет что-то доказать — он ничего никому не докажет. Решит только право сильного или "административный ресурс".
 
Если надо будет по чьему-либо доносу снять канал с платформы, передачу с эфира, вынести предупреждение, лишить лицензии — способ найдется. И причины здесь, думаете, политические? В большинстве случаев они коммерческие. Передел рынка. Говоря простым языком — убрать конкурента, заставить сделать условия контракта еще более выгодными и пр. А спор, если он конечно возникнет, решит ведомство, то есть Роскомнадзор. И опять "затык" — все ли может решить Роскомнадзор?
 
Конечно, организации, регулирующие вещание и отношения на рынке телевидения и радио, существуют во всех странах, где телевидение появилось раньше, чем в России. Более того, в Великобритании Ofcom обладает куда большим влиянием, чем Роскомнадзор. Однако, существо этой организации другое, и основанные им правила зиждятся на совершенно ином посыле — не "надзирать за соблюдением законов", а "создавать условия для их соблюдения и следить за их справедливым применением".
 
На практике это означает и совершенно другой моральный посыл рынку. Например, почему нельзя показывать мертвые, изуродованные тела после аварий, терактов и стихийных бедствий? Ожидаю ответ: "Потому что дети могут быть психологически травмированы". А причина в другом. Этот тезис обсуждался в британских профессиональных кругах, и именно из-за его несостоятельности и недоказуемости тема была на какое-то время закрыта. Британские телевизионщики просто задали обществу вопрос: "А кто, какой специалист  — врач, священник или психолог — станут истиной в первой инстанции, чтобы окончательно определить, как это действует на психику ребенка?"
 
И все-таки решение  — размывать картинку на лицах и телах людей в местах поражения и индификации — было принято. Причиной стало логическое заключение юристов: "Мы не можем получить у погибшего/умершего человека право на показ его лица и тела, поэтому, по умолчанию, уважая его права и тем самым поддерживая в обществе общественную мораль, основанную на праве каждого человека быть неприкосновенным в личной жизни, необходимо применить визуальные средства для размывания изображения до неузнаваемости".
 
Нельзя выражаться нецензурно не потому, что это запомнят дети, а потому, что если брань будет позволена в эфире, она будет позволена и в реальной жизни, а там это —оскорбление. Речь ведущих, подход к герою не могут быть унизительными, потому что, следуя этой же логике, ровно так же завтра могут унизить любого, а это — социальное беспокойство, чреватое последствиями.
 
Мораль, та самая, с которой мы начали разговор, позволяет регулятору выбрать правильное решение. За ней и только за ней следует принятие того или иного закона, акта, обязательного к исполнению вещателем. Мораль, основанная на уважении человека и соблюдении его прав. 
 
Почему это важно? Движение вне морали в СМИ устроено по принципу домино. Сначала журналист перевирает слова интервьюируемого в кадре, в следующий раз оператор выхватывает объективом окровавленный труп, а режиссер включает это в сюжет. Падение продолжается: в телевизионном разговорном шоу ведущий допускает оскорбление людьми друг друга и выворачивает напоказ "нижнее белье" телегероя. А в следующий раз в программе наступают внезапные премьеры заказных продуктов, где в ход идет монтаж фраз, вырванных из контекста. Наконец, вещатель начинает формировать весь свой эфир как шоу "на грани фола". Борьба за эфир и подряды становится коррупционной и конформистской, потому что в большинстве случаев участникам рынка приходится принимать эти правила игры. А дальше идут "подставы" на уровне всех видов телевещания, "волчьи законы" в профессиональном цехе, "жестокие игры" на уровне целых каналов и платформ вещания. И в самом конце.... ВСЕХ ждет падение рейтингов, долей, рекламного рынка, а для платного телевидения — подписки и ARPU.
 
Если мы не хотим разрушения худо-бедно развивающегося отечественного телерынка, НЕОБХОДИМО срочно вернуться к "хартиям" и профессиональным кодексам. Пока не поздно. Они должны охватывать как можно больше сторон взаимодействия субьектов на рынке электронных СМИ, а также регулировать отношения со зрителем в плане "что, когда и как показывать".
 
От несоблюдения общественной морали и профессионального кодекса не так уж и далеко до деградации рынка. Если сравнить регулирование телерынка с управлением автомобилем, то нужно, аккуратно "нажимая на педали", переключать "рычаг скорости". Кнопки, рычажки и тонкие настройки — только когда это необходимо. Вариант нажатия на все одновременно и "до упора" чреват чудовищными последствиями — истерия за рулем рано или поздно приводит не только к потере управления, но и к потере горизонта. Возможно это нам еще предстоит увидеть.