Д.Багдасарян: любые ценовые войны вредят рынку

Как МТС расширяет абонентскую базу в регионах? Зачем бесплатно меняет аналоговые приставки на цифровые? Как ввести в платное телевидение рекламу, не вызывая возмущение у подписчиков? Обо всём этом ведущим «ТВ-Профи» рассказал Дмитрий Багдасарян.

М.Силин: Здравствуйте, уважаемые телезрители! В эфире программа «ТВ-профи» и ее ведущие — Михаил Силин и Яна Бельская.
 
Я.Бельская: Здравствуйте! И сегодня у нас в гостях Дмитрий Багдасарян — директор по фиксированному бизнесу и телевидению компании МТС — одного из крупнейших операторов связи, мобильного и телевизионного оператора России. 
 
Д.Багдасарян: Здравствуйте!
 
Я.Бельская: Я бы хотела начать нашу беседу со следующего вопроса. По долгу службы я знаю, что практически все спутниковые операторы сейчас вышли на рынок с довольно агрессивными по цене предложениями, и все борются — кто подешевле предложит что-нибудь эдакое. Скажите, как это влияет на кабельный бизнес? Не является ли это для вас угрозой или подспорьем, как вы справляетесь с нашими экзерсисами?
 
Д.Багдасарян: Для начала стоит сказать, что, конечно, пересечение спутникового и кабельного бизнеса не очень высоко, так как это территориально разные бизнесы. Спутниковый бизнес в основном работает в малонаселенных пунктах — деревнях, селах, поселках. А кабельный бизнес — это все-таки бизнес больших и средних городов. Безусловно, среди более чем 170 городов присутствия МТС с кабельным телевидением есть и мелкие населенные пункты, но это скорее исключение, чем правило. В основном мы присутствуем в городах-миллионниках, в городах с населением 200 000+, 100 000+, и более редко это 50 000+. Поэтому, как таковой, прямой конкуренции между нами и спутниковыми операторами нет. 
 
С другой стороны то, что происходит на телевизионном рынке, не может не отдаваться на всех игроках этого рынка. Я обычно привожу в пример сравнение нашего рынка с озером, на берегу которого стоят разные заводы, производящие разные продукты, и работающие на разные сегменты. При том, что у них всё разное, озеро-то все равно одно и то, как формируется среда этого озера, как принято ловить в нём рыбу, поддерживать экологию —влияет на всех игроков рынка. Поэтому любые ценовые войны для рынка всегда плохи, потому что они сопровождаются существенной деградацией качества услуг. Ведь в ситуации, когда кто-то демпингует, сложно поддерживать нормальную экономику. Это дискредитирует отрасль в целом и так или иначе влияет на всех игроков этой отрасли.
 
М.Силин: Да. Мы постоянно можем слышать по телевизору предложение, например, «Триколора», который предлагает очень большое количество каналов, в том числе и HD-качества, по очень низкой цене. И таким образом у зрителей, в том числе и у городских, наверное, создается ощущение, что эта услуга должна стоить очень немного?
 
Д.Багдасарян: Да, безусловно. Вообще, это одно из ключевых правил маркетинга, что цену очень легко снизить и очень трудно повысить. К тому же, есть определённая репутация у бренда, его стоимость на рынке. Например, все нормально относятся к тому, что Mercedes стоит три миллиона рублей. Но если кто-то из дилеров сойдет с ума и начнет продавать машины этой марки по полмиллиона рублей, очевидно, что весь рынок от этого пострадает, потому что пользователи внезапно для себя решат, что реальная цена Mercedes’а — полмиллиона рублей. И они будут ждать следующего предложения на полмиллиона, не покупая «мерседесы». Mercedes же будет вынужден снижать качество машин, и стремиться к этому полумиллиону, ну и так далее. Это такая самозатягивающаяся удавка, которая одевается на рынок и чем дальше, тем хуже становится всем. 
 
Я.Бельская: Но при этом самое сложное — это объяснить пользователям, что Mercedes не стоит на самом деле полмиллиона рублей. В таком случае — что делать в ситуации, когда на рынке уже есть такое предложение? Что делать операторам, как объяснять стоимость услуг абонентам? Как вы выходите из этого положения?
 
Д.Багдасарян: Вы знаете, в этой ситуации есть два выхода из положения. Первый выход — традиционно известный, который называется «сидеть на берегу реки и ждать пока мимо тебя кто-то проплывет». Как недавно хорошо сказал генеральный директор Time Warner Cable — очень трудно бороться с бесплатной моделью, но еще труднее на бесплатной модели зарабатывать деньги. Поэтому эта ситуация все равно не вечная, хотя повторюсь, безусловно, любые ценовые войны вредят рынку, если это не момент возникновения этого рынка, или момент, когда услуга только появляется. Взять, к примеру, мобильную связь. Она появилась в начале 2000-ных, тогда же прошли ценовые войны, в результате которых цена опустилась до уровня некой справедливой сбалансированной цены для этого рынка и все, ценовые войны прекратились. И операторы дальше стали предоставлять качественные услуги, развивать дополнительные сервисы, строить сети — сначала GPRS, потом EDGE, потом 3G, теперь вот 4G. А ведь это же все деньги, которые откуда-то появляются, они появляются с рынка. 
 
Другое дело, когда ценовая война происходит в момент, когда рынок уже растет, и тем более когда он находится на этапе близком к зрелости. Вот тогда эта ценовая война просто потрясает рынок и это уже не очень хорошо. Знаете, есть одна очень известная в теории игр дилемма заключенных. Эта дилемма звучит следующим образом: есть 2 бандита, их поймали и посадили в разные камеры. Дальше у них есть два варианта: либо признаться в том, что они вместе совершали убийство, ограбление и т,д,, либо не признаться. Причем сговориться между собой они не могут, потому что они сидят в разных камерах, при этом если один признается, а другой не признается, то того, кто признается, отпустят практически сразу, а тому, кто не признается, дадут 10 лет тюрьмы. Есть ещё варианты — если они оба признаются, тогда оба получат по пять лет, если никто не признается, то оба получат по одному году и через год выйдут на свободу. Казалось бы, с точки зрения совместной рациональности, они оба должны не признаваться, потому что в таком случае оба получат всего по одному году, вместо того, чтобы получать пять или десять лет. Но с точки зрения индивидуальной рациональности, человек думает по-другому. Он считает: что если тот человек молчит, а я признаюсь, значит, меня отпустят, а его посадят, а если тот признается и я признаюсь, тогда опять же я получу меньше, чем если буду молчать: пять лет вместо 10. И получается, что индивидуальная рациональность подсказывает, что надо признаваться, хотя корпоративная рациональность показывает, что не надо. 
 
Это очень известная в теории игр вещь, которая обычно используется для анализа конкурентной среды. И то, что мы сейчас видим на рынке — это, конечно, ситуация, где пока (и к сожалению) срабатывает индивидуальная рациональность. Т.е. каждый оператор видя то, что происходит, понимает — ага, если тот оператор демпингует, то он набирает клиентскую базу, значит, если я не буду демпинговать, то я ее не наберу и меня вымоют с рынка. Но из этой теории игр есть только один выход: он говорит о том, что долгосрочный эффект достижим только в случае нескольких шагов. На первом шаге игроки никогда не договорятся, потому что каждый действует исходя из своих побуждений, но на втором, на третьем, на четвертом этапе будет постепенно приходить осознание того, что лучше вести себя правильно, тогда совместный итог будет лучше.
 
Я.Бельская: Но тут есть опасность быть обвиненным в картельном сговоре, если мы договоримся.
 
М.Силин: Мы ушли в какие-то аналогии, давайте все-таки вернемся к кабельному бизнесу. Ваша компания успешно развивается, вы предоставляете ТВ-услуги, насколько я знаю, больше чем в 170 городах. Значит, вы не просто выжидаете когда что-то переменится, а как-то действуете. Какой модели вы реально следуете, каким образом вам удается преодолеть те проблемы, которые на рынке существуют?
 
Д.Багдасарян: Ну, во-первых, я должен сказать спасибо нашим акционерам. Мы никогда не гнались за цифрами абонентской базы, т.е. от нас никогда не требовали любым путем в ущерб экономике, в ущерб рынку набирать абонентскую базу. При этом мы, кстати говоря, сейчас в регионах являемся лучшим оператором по использованию своих ресурсов — у нас из 8,5 млн пройденных домохозяйств в регионах России уже 3 млн абонентов, т.е. у проникновение выше 35%, на тех сетях, которые мы себе построили
 
М.Силин: Это все коммерческие абоненты? То есть те, которые были привлечены, которые купили у вас услугу?
 
Д.Багдасарян: Да, совершенно верно — это те, которые нам платят, и платят за разные пакеты, соответственно разные ARPU на них. В среднем наш ARPU, кстати говоря, выше среднерыночного. Поэтому, с одной стороны мы никогда не гнались за абонентской базой, с другой мы как-то тихо-тихо набрали самое высокое проникновение в стране. Но при этом мы понимаем, что останавливаться на достигнутом нельзя. У нас экстенсивный рост в регионах на построенных сетях сейчас практически завершился. Мы конечно продолжаем строить и попускать. Так, в прошлом году мы запустили 10 новых городов, в этом году продолжим строительство новых городов, но это все же не очень быстрый рост, все-таки экстенсивный 
 
М.Силин: Поясните — у вас развитие происходит на основе покупки сетей или присутствует органический рост за счёт строительства новых?
 
Д.Багдасарян: И то, и другое. Во-первых, мы заканчиваем модернизацию наших сетей, которые достались нам при покупке различных компаний — там было достаточно много неоднородных сетей, которые мы сейчас приводим к одному стандарту «оптика в дом» и, в принципе, у нас сети становятся после этого более-менее гомогенными. И мы строим новые города, так называемые «гринфилды». В основном в прошлом году мы запускали Дальний Восток, где пока уровень конкуренции не очень высок. Опять же, мы действуем очень рационально — мы не выходим в новые города, если видим там большой уровень конкуренции или, например, потенциально низкий спрос. Мы выходим только на те рынки, где конкуренция с другими кабельными операторами низкая.
 
М.Силин: То есть, спутник вы как фактор конкуренции не рассматриваете? 
 
Д.Багдасарян: Спутник, как я уже сказал вначале, прямого пересечения с нами не имеет, поскольку это в основном внегородские абоненты.
 
Возвращаясь к предыдущему вопросу. Мы также покупаем компании — в прошлом году мы приобрели несколько компаний, плюс, всегда у нас в работе есть какие-то компании, с которыми мы находимся в переговорах. Но, повторюсь еще раз, экстенсивный рост мы как таковой для себя не рассматриваем. В большей степени мы занимаемся сейчас качественным ростом нашей базы. Для этого в прошлом году мы перевели всю нашу сеть по России на цифровой формат вещания, и сейчас, после запуска ее в сентябре прошлого года в коммерческую эксплуатацию, мы активно занимаемся переводом этих трех миллионов из аналогового в цифровой формат вещания. Сейчас, за несколько месяцев, уже перевели 10% базы. А к следующему году хотим вообще всех абонентов перевести в цифру, а аналоговый сигнал, возможно, выключить.
 
М.Силин: А модель какая: у вас абоненты покупают приставки или вы их обеспечиваете за свой счет?
 
Д.Багдасарян: Для существующих абонентов мы приставки дотируем, потому что мы считаем, что, если человек уже был нашим абонентом, то мы можем ему сделать такой подарок. Ну и поскольку мы достаточно рационально мыслящие, для нас это по большому счету основной способ сделать быструю миграцию абонентов из аналога в цифру.
 
М.Силин: Но это все-таки довольно большие инвестиции...
 
Д.Багдасарян: Это относительно большие инвестиции, потому что у нас все-таки себестоимость приставок достаточно низкая. Вы знаете, что новым абонентам мы приставки продаем, причем отдаем их по 1300 рублей, а это очень низкая цена. Я недавно прочитал, что китайский телевизионный оператор поставил мировой рекорд, купив приставки по 31 евро за каждую. Я хочу сказать, что мы их покупаем существенно дешевле. 
 
А модель у нас такая: мы считаем, что нам нужно быстро перевести абонентов, поэтому мы им предлагаем бесплатно взять приставку, при этом тариф его при переходе с аналога на цифру остается прежним, плюс, мы добавляем ему базовый пакет — порядка 20 каналов, чтобы он мог полностью насладиться цифровым телевидением. При этом основная бизнес-модель строится на том, что абоненты получают возможность покупать тематические пакеты сверх этого, и они активно это делают. У нас сейчас проникновение тематических пакетов составляет порядка 40% от базового цифрового телевидения.
 
Я.Бельская: Это очень высокий уровень.
 
Д.Багдасарян: Да, это очень высокая цифра. Более того, скажу, что мы в прошлом году, запустив первыми в России настоящее персональное телевидение, где абонент может покупать из списка из почти 50 каналов по одному любой канал — какой его интересует, имеем проникновение тоже на уровне, близкому к 40% от существующей базы. То есть практически каждый второй абонент, заходя в меню телевизора, выбирает и покупает те каналы, какие ему нужны. 
 
М.Силин: У нас сейчас будет небольшой перерыв, после которого хотелось бы коснуться вот какого вопроса. Мы сейчас говорили о платном телевидении, Дима касался темы платное-бесплатное телевидение, многие каналы сейчас переходят на рекламную модель. И следующий вопрос будет такой — как на это реагирует кабель, собирается ли он идти на рекламный рынок? Но ответ на этот вопрос мы услышим после небольшой рекламной паузы.
 
Часть 2-я
 
М.Силин: Здравствуйте, уважаемые телезрители! Мы продолжаем программу ТВ-профи, и в студии Михаил Силин и Яна Бельская, наш гость Дмитрий Багдасарян — директор по фиксированному бизнесу и телевидению крупнейшего российского оператора фиксированной и мобильной связи ОАО МТС. Дмитрий, вопрос, ответ на который мы сейчас хотим услышать — собираются ли кабельные компании, собираетесь ли вы выйти на рекламный рынок? Сейчас ситуация такая, что ARPU увеличить безгранично в связи с действиями некоторых операторов невозможно. И, может быть, мы вынуждены будем использовать пример американских сетей, которые имеют дополнительный доход за счет распространения рекламы. Ваши мысли по этому поводу?
 
Д.Багдасарян: Вопрос очень сложный, потому что телевизионный рынок в России находится в не очень хорошем состоянии. Не только из-за того, что есть демпинг, а может быть, еще и потому, что менталитет России — это любовь к быстрому зарабатыванию денег. У всех: у компаний, людей, бизнесменов. Знаменитая фраза из «Джентльменов удачи» — «украл, выпил — в тюрьму» здесь подходит. Если не удастся быстро заработать денег — все, значит, этот бизнес плохой и туда лучше не лезть, или из него нужно как можно быстрее уходить. Это такая типичная российская модель поведения на рынке. С этой точки зрения, конечно, рынок рекламы привлекателен именно тем, что вроде бы не надо строить сетей, не надо инвестировать в контент. Пришел — вот он, огромный пирог рекламы в размере $4,5 млрд, взял и отщипнул от него. Но есть еще другой менталитет — российских зрителей. У него есть две вещи. Первая говорит, что за телевидение не надо платит. Допустим, за федеральные каналы. Хотя сейчас это уже по факту не бесплатно, потому что за антенну все равно надо платить. Кстати, зачастую стоимость обслуживания антенны выше чем стоимость самой антенны. В Москве, например, у нас тариф телевидения от МТС — 99 рублей, при том, что стоимость антенны выше. 
 
Я.Бельская: 145 рублей.
 
Д.Багдасарян: Да. Но тем не менее, есть какой-то общественный договор, есть менталитет, который говорит, что телевидение должно быть бесплатным, на нем может быть много рекламы, зато мы за него ничего не платим — вот это первый ментальный фильтр. Второй, более важный ментальный фильтр, говорит о том, что на кабельном телевидении рекламы быть не должно, и люди к этому привыкли. Когда еще кабельное телевидение только появилось — там был некий компромисс для них: «да, мы будем платить деньги за подключение к кабельному телевидению, да, мы будем смотреть какие-то дополнительные каналы, но на этих каналах рекламы быть не должно». И вот нарушить этот некий общественный договор только с одной составляющей — то есть, вот это телевидение остается бесплатным с большим количеством рекламы, а вот это становится платным, но тоже с большим количеством рекламы — это очень опасно, я считаю.
 
М.Силин: Ну почему с большим? Не обязательно с большим. Это может быть другая реклама, она может по другим принципам распространяться. Например, не прерывать фильмы посредине, идти только в промежутках между программами. Она будет не так раздражительна.
 
Д.Багдасарян: Вы совершенно правы, но более важно даже не то, что рекламы на кабельном телевидении, на кабельных каналах может быть меньше, чем на федеральных. Здесь, мне кажется, более важным фактом должно быть то, что реклама должна быть специализированной. Раздражает ведь что? Когда ты, являясь, например, автолюбителем, смотришь канал, посвященный авто, а там программа вдруг внезапно прерывается (ну или не прерывается, а пусть даже идёт после этой передачи) рекламой йогурта, который тебя абсолютно не интересует. 
 
М.Силин: То есть, на ваш взгляд, именно тематическую рекламу можно сделать на кабельных каналах?
 
Д.Багдасарян: Да, тематическая реклама на тематических каналах менее раздражает зрителя, потому что это люди, которые так или иначе заинтересованы в этом продукте.
 
Я.Бельская: Скорее, должна раздражать, потому что по факту мы видим, что на тематических каналах сейчас идёт та же самая реклама, которая идет на эфирных каналах, и пока нишевости рекламы не наблюдается. Например, я просчитывала по целому ряду каналов — они выбирают все возможные 9 минут в час, разрешенные законом.
 
Д.Багдасарян: Вопрос — как выбирают? Мы, компания МТС, в этом плане выполняем функцию санитаров леса, в каком-то смысле, потому что мы только за прошлый год три крупных медиахолдинга заставили выключить телемагазин из своего эфира. 
 
Я.Бельская: Спасибо Вам за это, Дима!
 
Д.Багдасарян: Мы писали им письма, что если вы не прекратите вещание телемагазинов, то мы вам даем время до 1 января 2013 года и просто выключим вас из эфира. Мы даже не обсуждали с ними условия, просто выключайте телемагазины и все. Кстати говоря, мы выключили телемагазины на каналах «Стрим», на «Охоте и рыбалке» и прочих каналах, если в прошлом году на них транслировались телемагазины, то сейчас там их нет. 
 
Поэтому, емкость рынка платного телевидения с точки зрения абонентской подписки сейчас составляет около 44 млрд рублей. Традиционно, на контент уходит где-то 25% от этих денег. То есть11 млрд рублей приходится на рынок контента. Рынок рекламы на нишевых каналах составляет сейчас около 2,5 млрд рублей, даже меньше, где-то 2,3 млрд рублей в год. Получается, что в сумме 13 млрд рублей — это то, что приходит на рынок контента, где находится около 330 неэфирных каналов. Это очень недостаточные деньги для того, чтобы делать качественный контент. Притом, что большая часть этих денег вообще уходит за рубеж, потому что, в основном, это достаточно дорогие зарубежные каналы. Что, кстати, тоже, на наш взгляд, должно меняться, потому что в ситуации, когда на ведущих зарубежных каналах только 43 минуты в час оригинального контента, а все остальное — это реклама, межпрограммки и кросс-реклама других каналов этого же производителя, это тоже все плохо и все дискредитирует платную модель кабельного телевидения. Но ситуация такова. Поэтому, в любом случае, рекламный рынок существует и смысла нет его занижать, принижать его значимость для всех остальных, но мы для себя все-таки такую модель как основную не видим, и именно потому, что привыкли достаточно успешно вести бизнес на уровне платного телевидения, на уровне абонентской подписки. Мы никогда не рушили цен, у нас не было ни одного года, когда мы существенно, кроме каких-то акционных, на 2-3 месяца, предложений, снижали тарифы. Мы, наоборот, считаем, что тарифы на платное телевидение должны, как минимум, идти следом за индексацией жилищно-коммунальных услуг, потому что, фактически, это сейчас одна из составляющих этих услуг. И мы зарабатываем там относительно неплохие деньги, хотя для компании МТС, имеющей огромный объем мобильного бизнеса, это не основная составляющая, но, тем не менее мы имеем там хорошие деньги, хорошую маржинальность этого бизнеса, и для нас нет необходимости искать спасительные шлюпки в том, чтобы для своих абонентов ухудшать контент, влезая каким-то образом в рекламный рынок. Мы, наоборот, закрыли практически все свои студии в регионах (у нас их было порядка 7), которые занимались врезками региональной рекламы, продажами и так далее. Мы сказали каналам очень простую вещь — мы всегда за модель выигрышную для обеих сторон. Хотите продавать рекламу — пожалуйста. У нас сейчас существует некая матрица цен. Мы внутри себя сейчас очень прозрачно регламентируем ценообразование на контент. Есть матрица, где по горизонтали откладываются рейтинги каналов, которые мы замеряем на своих платформах, благо, они у нас есть и позволяют точно мерить. А по строкам откладывается рекламное время. Дальше там вписывается базовая ставка в зависимости от рейтинга и наличия рекламного времени. Мы каналам сказали очень простую вещь — если у вас будет низкий рейтинг и большое количество рекламы, значит, условия будут такими, если высокий рейтинг и малое количество рекламы, значит, вы можете рассчитывать на максимальную оплату от нас. И это прозрачный механизм, но при этом понятно, что год от года себестоимость контента на абонента, на наш взгляд, должна если не падать, то, по крайней мере, оставаться неизменной.
 
М.Силин: А каналы думают наоборот.
 
Д.Багдасарян: Да, каналы думают наоборот. В принципе, тоже понятно, почему они так думают. У них тоже есть студии, которые повышают для них отпускные цены, если можно так сказать. И мы в этой ситуации тоже стараемся найти способ win-win — мы стараемся развивать новые рынки. Вы наверное знаете и многие зрители, наверное, знают — мы запустили полтора года назад мобильное телевидение, хотя никто не верил, что этот рынок существует как таковой, что есть люди, готовые за него платить и что вообще для правообладателей там появятся деньги. Спасибо каналам — они поверили, многие из них просто очистили под нас права, в том числе зарубежные каналы, и сейчас мы фактически создали с нуля рынок, в котором есть миллион абонентов, которые платят нам деньги — 240 рублей в месяц, из которых мы отчисляем правообладателям. У нас есть правообладатели, которые на нашем мобильном ТВ зарабатывают больше, чем на нашем кабельном ТВ, потому что там более высокое телесмотрение и более высокие тарифы. С одной стороны, мы сторонники того, что в силу текущей ситуации на рынке, поскольку ARPU не растет, а остальные затраты — медиаинфляция, затраты на оплату труда и так далее — у оператора растут, себестоимость контента так или иначе стагнирует. Но мы помогаем каналам развивать бизнес, создавая новые рынки. Мобильное ТВ, сейчас мы пошли в ОТТ.
 
М.Силин: Сначала вы говорили, что вы заняли такую довольно жесткую позицию по отношению к каналам — сделали матрицу какую-то, пытаетесь их каким-то образом поставить в определенные рамки, то есть, регулировать маржинальность их деятельности. А как же тогда на рынке появляться новым каналам? Особенно российским, зарубежные то каналы к нам приходят, как правило, с уже большим распространением, и Россия для них становится «еще одним рынком», поэтому они могут на нем уступить, проявить гибкость. Так что делать российским каналам, которые только-только начинают и приходят к таким зубрам, которые им говорят: ваше место здесь, рейтинг ваш равен нулю.
 
Д.Багдасарян: Нет, немножко не так, потому что сейчас, прежде чем включать канал и договариваться о каких-то условиях, мы обязательно ставим его в тест. Поэтому в итоге рейтинг у любого канала не равен нулю, так как сначала мы его около двух месяцев тестируем в наших сетях, где мы можем мерить телесмотрение зрителей, причем мы активно продвигаем этот канал. Мы запустили в декабре достаточно высококачественный канал — МТС-ИНФО, который мы делаем со специализированной студией (и это не просто какая-то нарезка контента, а профессионально сделанный кабельный канал), и на котором, как раз, промотируем каналы, включенные в тест. Через два месяца мы замеряем реальный рейтинг, и вне зависимости от того, новый это канал или старый, мы формируем ценовое предложение, исходя из этого рейтинга. Безусловно, каналам трудно, и мы полностью это осознаем. Но я за то, чтобы все операторы, как в той самой дилемме о заключенных, нашли способ разорвать эту самозатягивающуюся удавку на рынке, потому что иначе мы задушим каналы, особенно молодые, качественные, но которые не имеют финансовой подпитки из-за рубежа. Кроме того, что у нас есть очень жесткое требование по маржинальности нашего кабельного бизнеса, мы стараемся создавать новые рынки. 
 
Ведь для канала что важно? Для оператора важно считать себестоимость на одного абонента, потому что у нас весь бизнес строится вокруг удельных затрат на одного абонента. У нас есть постоянные затраты, но ключевая вещь, на которой мы можем играть — это удельные затраты. У каналов ситуация другая. Они покупают права на контент и дальше, по большому счету, если они не занимаются активно рекламной деятельностью, для них все равно — какая база у этого канала, для них важны деньги, которые они поднимают с рынка со стороны оператора. Мы стараемся, чтобы те деньги, которые мы платим со стороны МТС в сторону каналов, росли год от года суммарно. Но росли не за счет того, что растет цена на одного абонента в наших кабельных сетях, где у нас достаточно сложная ситуация в силу рынка, а росли за счет того, что мы развиваем новые сети, новые услуги, создаем новые рынки и, в итоге, начинаем помогать окупать права за счет тех самых доходов. 
 
Пять лет назад, когда мы начали заниматься агрегацией, имея сотни предприятий по России, каждое из которых сам формировал свой канальный план, мы объявили каналам, что нам нужно снизить цены в 2-3 раза относительно тех, за которые вы продаетесь региональным компаниям. Но при этом мы уверены, что общий доход от компании МТС (в то время это был «Комстар Регион») у вас останется практически неизменным, потому что компании, которые раньше работали с вами, занимаются недоотчетностью, они отчитываются по трети, а то и меньше, базы, они имеют долги, вы вещаетесь не по всей стране и так далее. Вещайтесь в нашем едином частотном плане на всю страну, получаете деньги за всех абонентов, хотя удельно для вас это будет меньшая цена. Вот это то, вокруг чего мы ищем выигрышную ситуацию. 
 
М.Силин: Ну что ж, наша программа подошла к концу. Мы благодарим Дмитрия Багдасаряна за очень интересный рассказ о компании МТС, которая служит идеалом тематического телевидения, так востребованного во всем мире и в нашей стране. И благодарим телезрителей за то, что они были с нами. С вами были ведущие Михаил Силин и Яна Бельская. С удовольствием, встретимся с вами снова в следующих выпусках
 
Д.Багдасарян: Спасибо. До свидания!
 
Я.Бельская: До свидания!